Ведущий Федор Баландин глядел c серьезнейшим выражением лица в камеру и рассказывал про секретные бюджеты западных стран, которые они вкладывают в информационную войну против России. В удобных креслах, мои «повара» были хорошо выстроены: Борислав Милошевич, бывший посол Сербии в России (и брат бывшего сербского президента Слободана Милошевича), который жаловался на западные СМИ, 10 лет назад своим враньем подготовивших читателей к бомбардировке Белграда; профессор Академии МИДа Александр Панарин, недавно попавший во все западные СМИ тем, что предрекал США распад в 2011 году (он, кажется, до сих пор считает, что там его воспринимают всерьез).

Но главным моим оппонентом выбрали надежного полемика и депутата от «Единой России» Сергея Маркова. Сначала он довольно разумно рассуждал об ошибках России в «информационной войне» с Грузией. Но когда я стал слишком много кивать головой, он все-таки решил напасть: «Все западные журналисты лгут, когда пишут о России. И вам я не рекомендую их защищать»,— кричал он по-жириновскому, но, надо признаться, без мата и на «вы». Я его поблагодарил за эти рекомендации и постарался объяснить, что в так называемых «западных СМИ» есть большое разнообразие — от американского телеканала CNN до немецкого еженедельника Die Zeit, например. И что да, есть и «положительные статьи» о России, но сами «новости» по своему определению обычно не рассказывают о том, как хорошо живется на Руси. Напрасно. Тот продолжал плакать, что «ой-ой-ой, никто нас не понимает». Я только потом выяснил, что это его роль и что он так выступает на всех теле- и радиоканалах России. Профессор Панарин еще внес великолепное предложение: «работать» с теми журналистами в Германии, которые плохо пишут о России. Я даже немножко захихикал, потому что считаю такой подход обреченным на неудачу, и предложил в моем заключительном слове не вести информационные войны и жаловаться, а основать «институты Пушкина» по модели немецких «институтов Гёте». Кстати, так уже несколько лет поступает даже такая страна, как Китай, который во всём мире финансирует «институты Конфуция».

После шоу мои соучастники поздравляли меня, мол, «хорошо держался», особенно если учесть, что это мой «первый раз» на телевидении. Но так как шоу проходило не в прямом эфире, коллеги потом еще предупреждали, что всё равно «телевизионщики так смонтируют, что родная мать тебя не узнает». Это, конечно, круто. На всякий случай я позвонил своей маме. Теперь ждем с нетерпением, как это у них получится.